Влюбленная Марта - Пегги О`Мор

В это время из-за поворота показался почтальон и остановился рядом с ящиками.

— Я возьму почту Карсона, Пит, — сказала Имолин.

Почтальон посмотрел на нее поверх очков:

— Я бы не стал этого делать на вашем месте. Если Карн увидит счета, которые я вам доставил, он надолго…

Имолин выхватила у него из рук пачку писем, развернулась и пошла вверх по склону холма.

— Она вас изводила? — сочувственно спросил он.

— Не знаю, кто из нас кого изводил. На прошу вас, — Марта вытащила письмо, которое собиралась отправить, — не разрешайте ей забирать мамины и мои письма. Я не имею в виду, что у нас есть что… — Она умолкла. Ей было что скрывать, но имела же она право на личную жизнь.

— Понимаю, что ваше — то ваше. Спорю, что вы ни разу не держали чужое письмо над паром. — Он засмеялся, увидев, какой оскорбленной выглядела Марта. — Но некоторые так и делают. Мой вам совет: заведите собственный ящик, повесьте на него замок и дайте мне один из ключей. Почта Соединенных Штатов — это чуть ли не единственное священное право, оставшееся у человека в наши дни.

Марта кинулась обратно к аллее, потом опомнилась и перешла на быстрый шаг. Она лишилась права на личную жизнь, как только за ней стали наблюдать в бинокль. Вернувшись, она обнаружила, что ее мать уже встала и проворно ходит по дому.

— Чувствую себя как новенькая, — заявила она. — Теперь я тоже могу работать.

— Чудесно. — Марта налила кофе и жестом попросила миссис Хогарт присесть. — Сначала я с тобой поделюсь моими проблемами. Соседи, о которых мы уже говорили…

— Ах эти. — Миссис Хогарт собиралась отмахнуться, но Марта настояла на том, чтобы ее выслушали.

— Вообще-то я ее не боюсь, — сказала она в заключение. — Но Имолин действительно опасна. Старожил говорит, что она старается убедить Карна в том, что ему нужна только такая жена, как она.

— Ну конечно, нужна, — спокойно прокомментировала миссис Хогарт, — но не такая, как эта Имолин. Или она будет вести хозяйство, после того как отсюда сбегут все приличные люди?

— Старожил говорит, что она вести хозяйство не умеет.

— Сомневаюсь, что она может нам навредить. Если иметь безупречную репутацию и заниматься своей работой… что я такого сказала?

— Нет, я просто решила, что лучше подумать об обеде. — И Марта, которая недавно думала о завтраке, начала быстро передвигаться по кухне. В ее ушах звучали слова «иметь безупречную репутацию». А у нее на совести Ти Джей.

Она должна что-то предпринять по его поводу, найти нужный момент и рассказать Карну правду.

Марта хотела признаться ему вечером, но как-то не было времени. Девушка разрывалась между городом и домом, перевозя семена, растения и почту. А когда она обнаружила, что ее мать готовит ужин, Марта отправилась туда, где Старожил тщательно обработал ей почву для огорода.

На западе постепенно образовалось облачко. Марта лихорадочно занималась рассадой.

Вернувшись с завода, мисс Флинт увидела Марту из окна. Она надела удобные брюки и присоединилась к девушке. Старожил, думая о скором ужине, пришел посмотреть и остался поработать на огороде. Карн, въехав во двор, спросил у миссис Хогарт, где все прячутся, и, получив ответ, стал четвертым в их компании.

В дом они вошли в сумерках. Пока все по очереди принимали душ, миссис Хогарт успела накрыть на террасе стол. Марта прекрасно выглядела в прошлогоднем ситцевом платье. Она распустила волосы, чтобы их высушить, и забыла надеть очки. Мисс Флинт и Старожил обменялись веселыми взглядами, наблюдая, как Карн время от времени украдкой ею любуется.

— Никогда не любил есть с подноса, — заметил Старожил. — Но в такой душный вечер это вроде пикника.

Карн глубоко вздохнул и откинулся на спинку кресла.

— Все так мирно, — заметил он. — Мы все ладим друг с другом. Видите, там молния?

На сегодня этого более чем достаточно, подумала Марта. Вчера вечером ему пришлось нелегко с женщинами Мартин. Если она попытается сейчас рассказать ему о своем обмане, он забеспокоится. А Марта очень часто видела, как мужчины приходят домой, надеясь там найти мир и покой, а вместо этого женщины навязывают им кучу своих проблем.

Она выберет какое-нибудь утро, какое-нибудь ясное, беззаботное утро.

Но следующее утро нельзя было назвать ясным. Дождь лил вовсю, и Карн уехал на завод, чтобы проверить установку какого-то нового оборудования.

В полдень станет лучше. Перед обедом, разумеется. Но в тот полдень, который она выбрала, он позвонил и сказал, что едет обедать с садоводами. Вместо него пришла Имолин.

Она потрясающе выглядела во всем белом — плаще, шляпе и ботинках. Кудри, как солнечные лучи, обрамляли ее лицо, покрытое золотистым загаром. И она была обворожительно мила с миссис Хогарт.

Марта очень хотела подать второй завтрак в прохладную столовую, но Имолин так же сильно хотела его съесть с ними в большой кухне.

— У себя дома можно себе позволить быть демократичной, — весело сказала она.

Это заявление не прибавило ей друзей.

Она уселась на место Карна и покровительственным тоном обсуждала еду и обслуживание, потом поинтересовалась, почему, если мистер Карсон предпочитает обедать в полдень, подают только второй завтрак.

— Потому что Карну не хотелось во второй раз пропустить жареного цыпленка прямо из духовки, — сообщил ей Старожил.

Второй завтрак продолжался более-менее мирно, пока мисс Флинт, придумавшая в офисе каламбур, не назвала Имолин нечаянно «мисс Бестактность».

Последние полчаса перед вторым завтраком миссис Хогарт старательно избегала разговора тет-а-тет. Ее принесли в жертву на алтарь мира, и на этот раз она вела беседу.

— Тень Ти Джея, — прошептала Марта во время мытья посуды, когда остальные вернулись к работе, — чувствую, что ты у меня за спиной. Очень надеюсь, что мама сумеет избежать вопросов, которые наверняка задаст Имолин.

Миссис Хогарт вошла немного погодя, раскрасневшаяся. Ее обычно кроткие глаза метали искры.

— Марта, очень надеюсь, что я тебе не навредила. Мне пришлось поставить эту женщину на место. Сначала она мне сказала, что попросила своего друга предоставить нам на год хижину в горах: Сказала, что с моими легкими нельзя жить на этой высоте, и она считает своим долгом…

— Ох, надо же! — Марта опустилась в кресло. — Как же ты отвязалась?

— Я ей сказала, что мне неловко принять от незнакомого человека такую услугу и меня это не устраивает. Потом она меня спросила, не от твоего ли мужа я заразилась. И я чуть… Марта, нам просто необходимо избавиться от этого человека.

— Я это пытаюсь сделать целую неделю.

— Она хотела у меня узнать, в каком он санатории. Я уклонилась от ответа. Ее вопросы становились все более и более неприличными, и я наконец сказала: «Мисс Мартин, вы должны меня извинить. Я привыкла общаться с людьми, которые слишком хорошо воспитаны, чтобы задавать такие интимные вопросы».